Домовой и Ирина.
Стих об опасности просиживания ночами на православном сайте знакомств

Домовой

На кухне Ирина пьёт чай с домовым.
Закат разукрасил окно голубым.
Свеча догорает, варенье в пиале,
Гадальные карты неспешно раздали:
Любит - не любит, хлеб-соль, пээмже!
– Давай, нагадай-ка мне принца уже!

Нахмурившись, щеку поскрёб домовой,
Отбросил картишки и топнул ногой:
Прям так уж и принца на белой козе?
Попроще бы были, женились уж все. -

Он сделал глоток из фарфоровой чашки, -
Погубят тебя городские замашки!
И, быстро взглянув, разломил пирожок: -
Твои пожеланья, что с шилом мешок!
Тебе привороты всю ночь куролесь,
Гляди: вылезает уж девкина спесь:
То дети мешают, то бывшие жёны,
То суженный что-то не дюже влюблённый…

– Послушай, Кузьма, у тебя приворот,
Скорее всего – от ворот разворот.
Гарантии нет, перспективы в тумане,
А ты вон с блинами и губы в сметане. -
Ирина сказала ему с укоризной. -
Услуги твои – не совсем дешевизна.

– Зато я потомственный!!! Пусть и не сразу…
Но было событьице в лунную фазу:
Зашёл к тебе (минимум!) супер-герой, -
Ирине в ответ говорит домовой, -
Усат, расфуфырен, ну сущий султан!
Не так пошутил - ты его сразу в бан.

– Султан?! Да о чём ты? Одни лишь понты,
И сразу со мной в переписке на «ты». -
Ирина небрежно на комп посмотрела: -
Меня его личность никак не задела.
Тем более этот фальшивый султан
Не смог даже раз!
пригласить в ресторан.
Попили с "султаном" мы чай в "Теремке",
А он двадцать раз приложился к руке.
Рукав обслюнявил своими усами,
Но это ли нужно воспитанной даме?

Ирина мечтательно чай отхлебнула,
Нагнулась к столу и огарок задула…
– Вот был бы он батюшкой с паствой богатой,
Читал бы каноны, делился зарплатой…
Тогда для него, со своею косою,
Я рыбкою, Кузя, была золотою.
Тебя бы я тоже, мой друг, не з а б ы л а
И в винном подвале тебя поселила.
А там и кагор, и заморские вина:
Налил – закусил, всё степенно и чинно…

Кузьма недоверчиво лапой махнул:
– Чаво раскраснелась то? Сядь-ка на стул.
Но Ира не слышит уже домового
И в грёзах любовных купается снова:
– ...А батюшка сладкой наевшись ухи
По блату тебе отпускал бы грехи! -
Она хохотнула, губу закусила,
И прям перед носом косой покрутила.
А тот на всю кухню три раза: АПЧХИ!
Видать не понравились Кузе духи.

– Гляди, как заносит! – вскипел домовой, -
Ты нос задрала до карниза уж свой!
Прошу по добру: забирай супермена! -
И дерзко в огонь он "подбросил полено", -
Чем толще коса, тем слабее умишко.

– Меня! Оскорблять! Ну да это уж слишком! -
Ирина вскочила в ужасном смятенье,
В лицо Домовому плеснула варенье.
А Кузя хохочет: – Ух, вкусно! Ух, сладко!
Ещё вон лежит на столе шоколадка!

– Ты грязен и глуп! И к халяве приучен!

– Да я ж приманил женихов тебе кучу!
Теперя зубами скриплю от грехов... -
И рек, увернувшись от стопки блинов, -
В анкетах-то ваших мужчина — глава,
Да только всё это пустые слова.
Запросы у вас - не залиться бы краской,
А прячетесь здесь под смиренною маской.

– Молчать! Да ты просто, Кузьма, мелкий бес!

А он вдруг за веник шмыгнул и исчез.

И слышали в страхе соседи-нанайцы,
Как кто-то облизывал липкие пальцы,
Прошёл по стене, оставляя следы,
И как резанёт: «Да мне всё до звезды!»
Нанайцы трясутся с осиновым колом,
Нервяк усмиряя сакэ с валидолом.
У вытяжки жгут шерстяные носки,
Вонючую сажу втирая в виски:
(Они прочитали на днях в интернете,
Что так отпугнули гигантского Йетти...)

В сердцах облизав земляничную ложку,
Ирина прошла к голубому окошку.
За шторкою – нет… Нет в шкафу прикроватном,
Ведь чавкает где-то, а где непонятно...
– Ну где же ты, Кузя? Давай, выходи!
А ну их всех в баню!
Вся жизнь впереди!

Тут веник запрыгал…картина сместилась…
Ирина – проснулась!
Неужто приснилось?

P.S.
Соседи-нанайцы, догнавшись спиртягой,
Базарили смело с большим Чебурахой.
– А где же Геннадий? Где друг твой зелёный..?
В квартире зловонело шерстью палёной.
– Откройте окошки, вы все провоняли!
– Нельзя! Барабашка! – они зашептали. -
Мохнатая, чёрная, страшная рожа,
На смесь лешака с чунга-чангой похожа!
– Страшилки всё это… Давай, наливай!
А то у НЕЁ лишь один только чай! -
И сально расплылся в мохнатой улыбке: -
А Генка придёт после третьей бутылки!

P.P.S.
Нанайцы, с утра по неведомой воле
С чего-то предались ужасной крамоле:
На Кузю бухого взглянув косоглазо:
– Да это же лама! - воскликнули разом.
Достали откуда-то бубен из кожи,
И ходят по кругу (камлают, похоже).
А дальше в ковер закатали Кузьму,
Зачем, почему, я и сам не пойму.
(Ногами в лаптях беспощадно мутузя,
От них отбрыкаться пытается Кузя,
Но жутко болит с похмелуги башка.
А всё-таки, парень, хватил ты лишка!)
– Пустите…я местный… вдвоём же не честно…
Кричи – не кричи, только всё бесполезно.

Вот так бы история и завершилась,
Но Кузя призвал в страхе БОЖИЮ МИЛОСТЬ…
– Я больше не буду! Отсрочку мне дай! -
И сдавленно крикнул в ковре: Мир-труд-май!

Сработал ли лозунг советских рабочих
Среди завываний и хныканий прочих?
Мы это не знаем. Но Кузькина треба
Своим простодушьем растрогала небо...

И если по совести взять разобраться,
Куда домовому сегодня податься?
Деревни в упадке, в столице – мигранты,
Рекламщики, лже-экстрасенсы, сектанты.

Среди этой прелести, скажем вам честно,
Наследие предков совсем неуместно.
Как грамотно теять и слаженно деять,
Когда заставляют уродства лелеять?

Ему лошадям заплетать бы косички,
Да рынок труда захватили таджички...
Лишившись в селе родового подспорья,
Кузьма захотел улизнуть в Лукоморье.

Но он, не найдя лукоморных ступеней,
Решил охранять ЖизнеСтрой поколений.
«Семейные ценности нынче в упадке!» -
Сказал он и в город махнул на лошадке.

Да только вот жизнь здесь скучна, суматошна,
Крестьянскому ладу противо-положна.
Прогресс умножает людей на нули,
И дарит несчастным свои костыли.

Здесь тоже немало фанатов фольклора,
Любителей мантр, волшебства, заговора.
Однако и в городе каждый сверчок,
Обязан положенный ведать шесток.

Его звал Малахов на «Пусть говорят»
В эфире устроить любовный обряд,
Да только Кузьма, поплевав на окурок,
Сказал, что Малахов - махровый придурок.

«Дом 2» приглашал, но опять же без толку:
Условием было мелировать чёлку,
И чтоб, навалившись на Ксюшу-прокуду,
Она вопрошала: к добру или худу?

Конечно же, он не поддался соблазну,
Зачем залезать в эту мусорку грязну?
Пускай бомжеват он в своём зипуне,
При этом морально устойчив вполне.

И сводничать начал опять же не сразу;
Со страхом в мольбе обращался он к Спасу:
«Я ведь за идею пашу на износ,
И свадьбой решаю любовный вопрос…»

О, люди прогресса, тусни, виртуала!
Вы знаете, где раньше дева искала
Себе жениха? Ну, конечно же, в поле,
А не на танцульках и в чатах тем более.

Уверовав в «силу вайфая», отныне
Девица сидит в цифровой паутине.
Мелькает в зрачках за анкетой анкета,
А золота мизер в руде интернета.

И даже найдя к тридцати жениха,
Девица надменна порой и суха:
Мужчина проектом быть должен зарплатным.
Кому ж как не Кузе твердить об обратном?

У нас нет семейной науки. И всё же
Кузьма не своим занимался, похоже:
Гаданья, вино, булимия, картишки –
Ну как не крути – грязноваты делишки.

Пленённым в ковре оказался за дело;
Попал в переплёт и орёт оголтело:
«Нанайцы – садюги! Прощайте, славяне!
Простите меня, интернет-прихожане!»

Господь не поверил слезам домового,
Но всё же не стал осуждать его строго...
Тем паче к крамоле зовут феминистки…
«Помиловать дурня!» - Он пишет в записке.

Тут бубен печною трубой задымился,
И в облако пара тот час превратился.
Окутало облако с Кузей ковёр,
И взмыло ракетой в небесный простор.

(Открою секрет вам один дружелюбно:
Нет зверя страшнее шаманского бубна.
Шаман на нем в трансе летает над лесом,
На зависть всем этим костыльным прогрессам ...)

Ковёр засекли в Подмосковье радары,
И мигом Су-30 взлетели две пары.
Последовал выхлоп и свист из сопла, –
А вдруг это вражеский БэПээЛА?

Что делать? - гадали небесные стражи,
Ругались и топливо жгли на форсаже.
Ковёр посадить попытались в Ветлуге,
Но он в стратосферу ушёл на сверхзвуке…

Вы, верно, хотите узнать: а что дальше?
На это отвечу: а то, что и раньше.
Мы в страхе умнеем, как праведный Лот,
И всё забываем потом… НУ ТАК ВОТ:
Прополз по тайге неожиданный слух:
Гадательный лама берёт молодух,
Тестирует девушку плюшками с мёдом,
И завтра она с молодым донкихотом!!!
Еще тридцать мантр прочитать заставляет,
И ду́хам в подарок пирог забирает.
Сидит он на троне и жмурится чинно:
Вот счастье то где, дорогая Ирина!


А.С. 24.01-03.03.25
Стихотворение "Домовой"
 

                 Домовой. Стих про домового

 

 

Видео Фотогалерея Купить книгу Контакты Отзывы

Необыкновенная рыбалка, сказка. Алексей Сазонов.
 

ВНИМАНИЕ!!!

Охраняется законом об авторском праве. Воспроизведение всей книги или любой её части запрещается.